Образовательный сайт Викторовой Т.С.
Заочное дистанционное образование
с получением государственного диплома через Internet

Заочное дистанционное образование correspondence distance education  

Реклама

Рассылки Subscribe.Ru
Современное образование
Подписаться письмом


Рейтинг@Mail.ru

Рекомендуем:
НОВОСТИ

Институт Менеджмента, Экономики и Инноваций начинает набор на курсы повышения квалификации!
подробнее   >>>
 

Поздравляем с Днем науки!
Поздравляем с Днем науки!
подробнее   >>>
 

Проводится набор на дистанционные курсы повышения квалификации 'Информатизация образовательного процесса. Электронное обучение' Приглашаются преподаватели и сотрудники образовательных учреждений
подробнее   >>>
 

ИНСТИТУТ МЕНЕДЖМЕНТА, ЭКОНОМИКИ И ИННОВАЦИЙ проводит набор студентов на 2014-2015 учебный год
подробнее   >>>
 

Автономная некоммерческая организация высшего профессионального образования ИНСТИТУТ МЕНЕДЖМЕНТА, ЭКОНОМИКИ И ИННОВАЦИЙ проводит набор студентов на 2014-2015 учебный год
подробнее   >>>
 

Проводится набор преподавателей и сотрудников образовательных учреждений на курсы повышения квалификации с использованием дистанционных технологий
подробнее   >>>
 

Московский государственный индустриальный университет проводит набор абитуриентов на заочную (дистанционную) форму обучения на 2014-2015 учебный год
подробнее   >>>
 


все новости...
  Главная    КОНТАКТЫ  

Особенности интеграционных процессов менеджмента в Россиина примере промышленности обрабатывающих отраслей

В российской экономике наблюдается тенденция к расши­рению масштабов промышленной интеграции. Промышленная интеграция идет в нескольких направлениях:

увеличение участия в капитале предприятий для обес­печения полного контроля;

расширение масштабов интеграционных процессов в сред­нем и крупном бизнесе;

усиление процессов горизонтальной и конгломератной
интеграции.

Скупка акций партнеров по технологической цепочке яв­лялась достаточно распространенной практикой в период мас­совой приватизации — это было следствием нестабильности хозяйственных связей, «кризиса доверия» между контрагента­ми, высокого уровня монополизации российской экономики.

Дополнительный импульс процессам промышленной интег­рации придал финансовый кризис 1998 г. — в посткризисный период (после девальвации), с одной стороны, значительно сни­зилась рыночная оценка многих предприятий в долларовом вы­ражении, а с другой стороны, существенно возросли доходы экспортеров и некоторые из них стали вкладывать средства в диверсификацию бизнеса, приобретение новых промышленных активов.

Перед предприятиями, реализующими активную страте­гию, стоят задачи как обеспечения качества продукции поставщиков, так и контроля ее цены. В то же время предприятия, занимающие доминирующее положение менее активны в про­ведении технологического перевооружения и в большей мере могут манипулировать ценами. Это и побуждает предприятия, потребляющие их продукцию, к реализации линии на захват таких предприятий на основе усиления участия в их капитале. Участие в капитале партнеров, таким образом, становится для промышленных предприятий инструментом:

обеспечения надежности поставок (или сбыта) в ситуации
уникальности продукции партнера;

  осуществления контроля цен на продукцию ключевых
партнеров, разумной альтернативы которым нет;

  стимулирования партнеров к технологическому перевоо­ружению для обеспечения надлежащего качества их продук­ции;

  осуществления контроля целевого использования парт­нерами предоставляемых инвестиционных ресурсов.

Участие предприятия в финансово-промышленной группе, а также участие в его капитале российских банков и иностран­ных компаний прямо связано с масштабами бизнеса и более характерно для крупного бизнеса. Участие других промыш­ленных предприятий в капитале предприятия тоже характерно для более крупных предприятий, однако при этом обнаружи­ваются еще и значимые корреляции (причем не только соб­ственно участия, но и степени участия в капитале) с характе­ристиками конкурентной среды, в которой находится это пред­приятие.

Захват доминирующих предприятий сам по себе стимули­рует потребителей их продукции к выбору такой же агрессив­ной стратегии, чтобы не оказаться в зависимых условиях по поставкам или сбыту.

Недружественный характер захвата и содержание страте­гических интересов заставляет новых собственников снижать риски банкротства и контрзахвата, что ведет к активным дей­ствиям по реструктуризации задолженности. Характерно, что для захваченных предприятий проведение реструктуризации задолженности в последующем не оборачивается наращивани­ем новых долгов.

Захват предприятия сочетается с назначением внешних наемных менеджеров, «вытеснением» из совета директоров пред­ставителей топ-менеджмента.

Следствием захвата и смены высшего менеджера часто становится заметный «дрейф» захваченного предприятия к реа­лизации активной стратегии реформирования бизнеса, осуще­ствлении мероприятий по технологическому перевооружению.

Группа предприятий, в советах директоров которых пред­ставители других промышленных предприятий имеют не более 25% голосов, отличается крайне низкой активностью в рефор­мировании в целом и реализацией в основном пассивных мер. Это тот случай, когда участие в акционерном капитале пред­приятия других предприятий является «дружественным» в том понимании, что инициировано топ-менеджментом для укреп­ления собственных позиций — симптоматично, что в этой груп­пе наблюдается меньшая активность и в реорганизации систе­мы управления.

В то же время более сильные позиции в совете директо­ров у представителей других промышленных предприятий (бо­лее 25% голосов) сочетаются с заметно большей активностью в проведении комплексного технологического перевооружения и реорганизации системы управления. Это позволяет сделать пред­положение, что эти предприятия являются элементами устой­чивых промышленных кооперационных связей, а заинтересо­ванные предприятия-партнеры стремятся реформировать их бизнес в своих стратегических производственных интересах.

Захваченные предприятия характеризуются более высо­кой инвестиционной активностью, при этом они заметно чаще используют такие нетрадиционные источники, как средства рос­сийских частных структур. Возможно, это форма реинвестиций в рамках интегрированных структур, причем рост инвестиций для полностью контролируемых «извне» предприятий.

Однозначно оценить интеграционные процессы в промыш­ленности довольно сложно. С одной стороны, интеграция позво­ляет преодолеть ограничения, накладываемые институциональ­ной и конкурентной средой. Промышленная интеграция обеспе­чивает более сильные внешние стимулы к развитию монополи­стов и ликвидации узких (в технологическом аспекте) мест в производственной кооперации.

С другой стороны, это приводит к ряду проблем. Издерж­ками «захватов» в промышленности могут выступать:

трансфертное ценообразование (при интеграции сверху),
нарушение интересов акционеров и регионов;

низкая заинтересованность в ресурсосбережении сырья,
материалов (при интеграции снизу);

ухудшение условий для конкуренции;

вытеснение акционеров с захваченных предприятий, при­менение процедур банкротства как для захвата, так и для на­ращивания своего участия в капитале.

Таким образом, в российской экономике наблюдается тен­денция к расширению масштабов промышленной интеграции. Скупка акций партнеров по технологической цепочке являлась достаточно распространенной практикой в период массовой при­ватизации. Перед предприятиями, реализующими активную стра­тегию, стоят задачи как обеспечения качества продукции по­ставщиков, так и контроля ее цены. Участие предприятия в финансово-промышленной группе, а также участие в его капи­тале российских банков и иностранных компаний прямо связа­но с масштабами бизнеса и более характерно для крупного бизнеса. Захват доминирующих предприятий сам по себе сти­мулирует потребителей их продукции к выбору такой же агрес­сивной стратегии, чтобы не оказаться в зависимых условиях по поставкам или сбыту. Следствием захвата и смены высшего ме­неджера часто становится заметный «дрейф» захваченного пред­приятия к реализации активной стратегии реформирования биз­неса, осуществлении мероприятий по технологическому пере­вооружению.

 



{LTS}